Зачем Токаев публично предложил Путину завершить войну?
Вчерашнее заявление президента Казахстана Касым-Жомарта Токаева на встрече с Владимиром Путиным с призывом к президенту РФ заморозить войну по линии фронта является уникальным.
Впервые такая просьба была озвучена публично напрямую Путину. До сих пор их озвучивали заочно. Например – президент Украины Владимир Зеленский и европейцы. Или непублично – как пишут СМИ, часть окружение Путина просит его согласится на завершение войны по линии фронта.
Еще важный момент: в отличие от Киева и Европы, которые предлагают Путину перемирие в подчеркнуто унизительной форме, Токаев излагал это предложение уважительно, с позиции друга России, которую он несколько раз назвал "великой державой". И заявил, что она могла бы стать одним из гарантов мирного соглашения.
И, в целом, это заявление от одного из ближайших союзников России. Ближе, чем Токаев на постсоветском пространстве для Путина только президент Беларуси Александр Лукашенко, который, по слухам, также в последнее время считает, что войну лучше бы закончить побыстрее.
Тем не менее, Кремль, в ответ, в очередной раз, повторил позицию: Москва готова остановить войну за один день, но только, если Киев примет "необходимое решение". То есть, надо полагать, выведет войска из Донецкой области.
То есть, по сути, отвергли призыв Токаева.
Но важный вопрос – почему Токаев вообще решил озвучить просьбу о завершении войны?
Он дал понять, что это просили сделать его руководители и других государств, которые знали, что он будет встречаться с Путиным. Какие именно – Токаев не сказал, но как бы обозначил, что озвучивает он не только личное мнение.
Однако, у президента Казахстана был и свой мотив просить о скорейшем завершении войны, потому что буквально накануне из-за ударов беспилотников остановился экспорт казахской нефти через Каспийский трубопроводный консорциум, который обеспечивает 80% всего экспорта нефти из Казахстана. И это крайне болезненный удар по стране, с учетом зависимости ее бюджета от нефтяных доходов.
С учетом того, что особо масштабная атака на КТК произошла буквально накануне встречи Токаева с Путиным, то, не исключено, к ней удар был и приурочен. И его целью как раз и могло быть побуждение Токаева попытаться убить Путина заморозить войну.
Но, как видим, на Путина эта просьба не подействовала.
Тем более, что, скорее всего, он ее уже слышит не впервые. Потому что точно те же слова могли ему или его окружению говорить (хотя и непублично) представители российского бизнеса, страдающего сейчас от украинских ударов. Они также не понимают, почему война началась и почему до сих пор продолжается, если Украина согласна остановить ее по линии фронта, то есть, оставив под контролем РФ 20% украинской территории, включая Запорожскую АЭС и сухопутный коридор в Крым: "Зачем нам воевать дальше, если цена войны для экономики и населения России с каждым днем все возрастает? Чем России особо важна оставшаяся под контролем Украины часть Донецкой области, если ради нее нужно нести такие жертвы? Почему нельзя сейчас остановиться и объявить о своей победе в войне, тем более, что она таковой и будет – захватили чужую территорию, не захватив свою".
Мы уже неоднократно писали, что эти вопросы, которые по мере затягивания войны задаются в России все чаще, являются одним из главных внутренних рисков для Путина. Причем Токаев, своим публичным заявлением, такие настроения мог еще более усилить.
Правда, у Кремля на это есть ответ – "нельзя оставлять Украину в состоянии предельно враждебного государства для России, иначе она будет и дальше источником колоссальных проблем для страны как палестинцы и другие арабские соседи для Израиля".
Но этот аргумент воспринимался бы внутри РФ и ее союзниками серьезнее, если бы было ощущение, что Вооруженные силы Украины близки к разгрому, а Россия – к одержанию военной победы. Однако такого ощущения нет – российские войска если и продвигаются, то медленно, жертвы огромные, а урон от украинских ударов все больше.
Поэтому для достижения данной цели придется воевать еще годы и неизвестно чем все закончится, учитывая развитие военных технологий в плане дронов и боевых роботов.
С учетом таких рисков заморозка войны по линии фронта выглядит для России выгодной. Тем более, если она даже и не приведет к полноценному мирному урегулированию и перейдет в формат гибридной войны, наподобие той, что была на Донбассе в 2015-2021 годах, то купировать связанные с этим риски России будет стоить намного меньше сил и средств, чем продолжать полномасштабную войну.
Эти аргументы известны, и мы о них неоднократно писали.
Однако, на позицию Путина они никак не влияют. Вероятно, он считает, что все ж таки победит рано или поздно в войне на истощение.
А ущерб от украинских ударов, может быть, Кремль даже попытается обратить в свою пользу.
Бизнес, та же компания Wildberies, страдает от украинских ударов? Пусть закупает за свой счет дроны-перехватчики и оплачивает работу мобильных огневых групп и расчетов ПВО, которые его, а заодно и окрестные территории, будут прикрывать. И бизнесу защита, и бюджету разгрузка. Малый и средний бизнес несет огромные убытки и оказывается на грани разорения после уничтожения складов? Не вопрос – в стране огромная нехватка рабочей силы. В том числе и на военных заводах на хорошие зарплаты. Пусть переквалифицируются. Или идут на фронт, где также неплохо платят.
В то, что подобные проблемы могут привести к внутренним потрясениям, особенно, если придется объявлять мобилизацию, в Кремле, видимо, не верят.
Или, например, что делать Казахстану, если удары по КТК продолжатся? По какому-либо альтернативному маршруту пустить нефть невозможно в обозримом будущем, да и в необозримом также (подробнее об этом мы писали в отдельном материале). На Путина как-то повлиять, чтоб он остановил войну, Токаев не может. Да даже и Китай сейчас вряд ли сможет, так как его зависимость от поставок российских энергоносителей после новой блокады Ормузского пролива увеличилась.
Поэтому выхода у Казахстана будет, собственно, два. Первый – продолжать воздействовать на президента США Дональда Трампа через американских совладельцев КТК, чтоб Вашингтон запретил Киеву бить по казахскому экспорту нефти, создавая, тем самым, новую точку напряжения в отношениях Белого дома с Зеленским (что выгодно РФ). Второй – отправить на защиту КТК расчеты казахской ПВО, чтоб та сбивала дроны, и, тем самым, помогала России защищать от атак черноморское побережье. Из-за этого возникнет напряженность в отношениях Казахстана и Запада? Тем лучше для Кремля. Москве и Пекину вряд ли нравятся попытки Токаева проводить многовекторную политику, выстраивая свои отношения с США и Европейским Союзом. А потому, если ситуация будет подталкивать Астану к более однозначной ориентации на российско-китайскую ось (с одновременной зачисткой прозападных и антироссийских сил в самом Казахстане), для КНР и РФ в этом минусов нет.
То есть, возможная тактика Москвы сейчас – использовать проблемы, которые создают украинские удары для бизнеса, населения и союзников России для их большего вовлечения в войну.
Безусловно, тактика крайне рискованная. Также, как и в целом продолжение войны в условиях, когда ее смысл, мягко говоря, далеко не все понимают даже внутри страны. Особенно, если придется прибегнуть к новой волне мобилизации, а ущерб от ударов начнет сказываться на бюджете РФ и нужно будет "затягивать пояса" населению.
Но, вероятно, в Кремле считают, что все эти риски не столь велики и страна может еще выдержать, если потребуется, годы войны пока российская армия будет выходить на границы Донецкой области и добиваться прочих целей (подробнее об этой стратегии мы писали в отдельном материале).
Оправдается ли этот расчет и не поменяет ли Кремль позицию по перемирию по линии фронта – покажет дальнейший ход войны.
